Показаны сообщения с ярлыком Борис Поплавский. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Борис Поплавский. Показать все сообщения

Борис Поплавский


Снег идёт над голой эспланадой;
Как деревьям холодно нагим,
Им должно быть ничего не надо,
Только бы заснуть хотелось им.

Скоро вечер. День прошёл бесследно.
Говорил; измучился; замолк,
Женщина в окне рукою бледной
Лампу ставит жёлтую на стол.

Что же Ты, на улице, не дома,
Не за книгой, слабый человек?
Полон странной снежною истомой
Смотришь без конца на первый снег.

Всё вокруг Тебе давно знакомо.
Ты простил, но Ты не в силах жить.
Скоро ли уже ты будешь дома?
Скоро ли ты перестанешь быть?

Борис Поплавский - Смерть детей


Розовеет закат над заснеженным миром. 
Возникает сиреневый голос луны. 
Над трамваем, в рогах электрической лиры 
Искра прыгает в воздухе тёмном зимы.

Высоко над домами, над башнями окон, 
Пролетает во сне серевеющий снег 
И пролив в переулок сиреневый локон 
Спит зима и во сне уступает весне.

Расцветает молчанья свинцовая роза — 
Сон людей и бессмысленный шёпот богов, 
Но над каменным сводом ночного мороза 
Слышен девичий шёпот легчайших шагов.

По небесному своду на розовых пятках 
Деловитые ангелы ходят в тиши, 
С ними дети играют в полуночи в прятки 
Или вешают звёзды на ёлку души.

На хвосте у медведицы звёздочка скачет. 
Дети сели на зайцев, за нею спешат, 
А проснувшись наутро безудержно плачут, 
На игрушки земные смотреть не хотят.

Рождество расцветает над лоном печали. 
Праздник, праздник, ты чей? — Я надзвёздный, чужой. 
Хором свечи в столовой в ответ зазвучали, 
Удивлённая девочка стала большой.

А когда над окном, над потушенной ёлкой, 
Зазвучал фиолетовый голос луны, 
Дети сами открыли окошко светёлки,
С подоконника медленно бросились в сны.

Борис Поплавский - Отвращение


Душа в приюте для глухонемых 
Воспитывалась, но порок излечен; 
Она идёт прощаясь с каждым встречным 
Среди больничных корпусов прямых. 
Сурово к незнакомому ребенку 
Мать повернула чёрные глаза 
Когда усевшись на углу на конку 
Они поехали с вещами на вокзал; 
И сколько раз она с тех пор хотела 
Вновь онеметь или оглохнуть вновь,
Когда стрела смертельная летела 
Ей слишком хорошо понятных слов. 
Или хотя бы поступить на службу 
В сей вышеупомянутый приют, 
Чтоб слов не слышать непристойных дружбы 
И слов любви столь говорливой тут.